Охотничья тропа (Лариса Иванова 1)

Охотничья тропа (Лариса Иванова 1)

И каждую нужно проверить, почистить, где- то починить. На это ушло 7 часов. От машины по тропе мы дошли до болота. Брат произнес, что охотничья тропа идет вдоль него.

Большая тропа- это 20 км, малая- 10. Пойти по большой тропе, означает, переночевать в избушке. Этот поход был полностью другим. Ранее я, разинув рот, поворачивала голову на 360 градусов, чтоб разглядеть как можно на много больше. И не считая красот окружающей природы все проходило мимо меня. На этот раз я была в моменте «здесь и сейчас» и была удивлена деталями, которые повторялись в каждом таком походе, но я их не лицезрела. 20 километров- это 150 хлопушек и петель на дичь.Охотничья тропа.Я каждый год жду этого момента: когда пойду с братом на охоту по большой тропе. Я в жизни не лицезрела болото таких размеров. Даже уточнила: «По той ли тропе мы идем?» У него только 2 тропы, а по чужим он не прогуливается. Я как- то даже засомневалась в собственных силах: далекие края болота прятались за горизонтом. Впоследствии дождиков на болоте приходится быть осознанной: иду след в след за братом. За 7 часов хождения я научилась созидать тропу. Не постоянно она видна, в большинстве случаев еле заметна, но если присмотреться, можно рассмотреть. Правда, не постоянно у меня выходило. Петли ставят на сухом месте, на песке. Через болото мы проходили к небольшим островкам леса, где и были эти петли. Ранее в деревне почти все занимались охотой ради выживания. Вся окружающая местность была поделена на местности, где и пролегали семейные охотничьи тропы. Я размышляла, уже не видя ничего вокруг. Собаки подняли птиц. У неких участки еще сложнее»- объяснил брат. Ходить по болоту, как по мягенькой подушке, проваливаясь в тине, трудно только с непривычки. На каком- то километре ты входишь в ритм и слышишь этот ритм в хлюпанье воды под ногами. При долговременной ходьбе наступает такое расслабление, когда все движения становится ясно интуитивными. Я уже не смотрю, где меньше воды и куда сделать последующий шаг. Кажется, ноги сами отыскивают лучший вариант. Доверие собственному телу высвобождает мое внимание, и я могу опять рассматривать природу. А болото осенью сказочно прекрасное! Местами красно- бардовое- это листики голубики. Местами различных тонов песочное- это болотная травка и болотный мох. Осенью болото окрашено в теплые тона. Время от времени травка занимает огромную площадь. В зоне костра было комфортабельно, как у бабушки на печке в детстве: сказочно, комфортно, неопасно. Но стоит протянуть руку, и я чувствую прохладный воздух. Ночкой синоптики обещали минусовую температуру. Островки с лесочком видны издалека: они холмом высятся над болотом. И белоснежный мох, как пена, лежит по бокам островка.

Охотничья тропа (Лариса Иванова 1)

Мы подходили к каждой петле, каждой хлопушке, чтоб слегка очистить землю от опавшей листвы. Дичь завлекает конкретно земля, где они «купаются» чтоб почистить перья. Я в первый раз пристально пригляделась к ловушкам. Конструкции, скажу для вас, простые и превосходные собственной простотой. Петля поэтому так и именуется, что птица попадает в петлю. Что бы петля висела в воздухе, ее вставляют в расколотую палочку, воткнутую в землю, а конец прикрепляют к дереву. 1-ое воспоминание, как любят говорить, «все на соплях». Т.е ненадежное, слабое. Птицы питаются лесной ягодой, а ягоды в лесу в этом году вышли только как напоминание: выгляжу так- то, вкус такой- то. Испытать можно, собрать трудно: их было сильно мало. Зато на болоте обе ягоды, морошка и клюква, выросли в обилии. Мысли о медведе не покидали меня. Время от времени ветер выводит из равновесия такую конструкцию. Я к брату с вопросом: «Неужели не рекомендуется как- то укрепить, усилить, сделать понадежнее?» «Весь смысл этих ловушек в их, казалось бы, «ненадежности». Стоит птице коснуться хотя бы одним пером хоть какой части сооружения, и петля затянется, а два бревна хлопушки прихлопнут дичь, как мы газетой прихлопываем муху». Кажется ли мне это ожесточенным? Я бы не стала никаким методом убивать кого- или. На данный момент не время выживания ….для меня, но эта программка перенята моим братом от рода. Я прошу брата только благодарить каждую добычу за то, что птицы согласились стать едой для человека. Он усмехается…. пока. Мельчайшее отклонение и целый сапог воды. 20 км комфортнее проходить в сухой обуви. И чтоб не задерживать брата у костра, в случае если намочусь, я смотрела только под ноги. В какой- то момент даже еле приметные признаки тропы растворялись, и предо мной лежал мох не примятый, как будто последний, либо кустики, кустики, кусты…и ни намека на тропу. Тогда я останавливалась и ожидала брата, который мог задержаться примерно каждый ловушки. Он безошибочно, по одному ему видимым знакам, шел вперед и точно выходил на последующую ловушку. А их на этой тропе на много больше 100. Я знаю, что с ним можно умиротворенно разойтись в лесу, тому есть бессчетные подтверждения. Люди достаточно нередко сталкиваются с ним. Я сама лицезрела и слышала его вдали. Мне нравится следить за ним: ему 60 лет, мы идем уже несколько часов, а я не вижу у него никаких признаков вялости. А я бы отдохнула, хотя бы чуть- чуток вон там, на следующем островке.

«Благословенная Куренка»- объявил брат. Я эту фразу нередко слышала от братьев. «Почему она благословенна?» Сейчас я сама отыскала разъяснение этой фразе. Малеханькой речушки Куренки не узреть сходу: она протекает далее, понизу, если спуститься с пригорка. Но сам лесок примечателен тем, что, кажется, вырастает из безе либо на безе. Да, да, безе- это белоснежная воздушная сладкая масса в кулинарии. Так же воздушно смотрится мох на этом островке: его много. Впоследствии многочасовой ходьбы этот лесок предлагает для тебя отдых. Мы тормознули там, где постоянно делали привал: примерно речки. Разожгли костер: брат это делает профессионально. Чай вскипел за считанные минутки. Я не очень утомилась, но посидеть у костра постоянно приятно. Мой средний брат, с которым мы идем по тропе, не сильно отличается особенной разговорчивостью. Мы посиживали молчком, наслаждаясь неподражаемым вкусом чая. Таковой чай можно сделать лишь на костре и лишь на природе. Малая Куренка на много больше похожа на большой ручей. Речка забавно журчала, уютненько пощелкивал костер. Я смотрела на зеркальное отражение деревьев в воде, на плавающие листики. На черной поверхности воды желтоватые листики смотрятся в особенности ярко и нарядно. Потушив костер, мы продолжили собственный путь: мы прошли половину из намеченного. Я слушала пение птиц: это не весенняя перекличка, где любая птичка подает глас и это преобразуется в неугомонный щебет. Их осталось не настолько не мало, и пение птиц звучало лаского. Территория Куренки заканчивалась, через ветки деревьев я лицезрела еще одно красноватое болотце и…. медведя. Я не успела ужаснуться либо не успела понять испуг, я просто не стала дышать: брата вблизи не было, а я не могла оторвать взора от медведя, я не могла орать, я не могла дышать. У меня не было никаких мыслей. И тогда мыться прохладной водой отрадно. Я собирала щепки, складывала дрова на зиму, перемыла посуду. В одном я уверена, он не из пугливых. Но хватит ли выдержки либо мудрости, чтоб при столкновении, так сказать «лицом к лицу», повести себя так, чтоб каждый тихо пошел собственной дорогой. Довольно ли во мне любви, чтоб в критичной ситуации- я имею в виду встречу с владельцем тайги- все завершилось благополучно? Убежать от этого зверька нереально: он бегает, лазает по деревьям и плавает резвее, чем человек. Дичи с каждым годом тоже в последствии становится в меньшей и меньшей степени. На этой тропе, длиною 20 км и соткой ловушек, мы подобрали всего 2-ух косачей и тетерку. Даже собаки изредка подавали глас, и в большинстве случаев они лаяли на белку. Так же смотрится хлопушка: два бревна держит на весу маленькая палка с веревкой. Веревка привязана к палочке, палочка упирается в дерево. Как он их запоминает? Где- то они идут вереницей, а где- то на большой местности встречаются время от времени. встречаются время от времени. Брат обычно, стабильным шагом, шел по маршруту. Но созидать их на расстоянии либо в 2-ух шагах от себя, совершенно различные чувства. Вроде бы повел себя брат? «По обстоятельствам»- произнес, как отрезал. Вот впоследствии таких дискуссий и привиделся медведь. Я стремительно пришла в себя. За всегда, что брат охотится, лось и медведь в роли добычи- редчайшее явление, и чем далее, тем пореже они попадаются. Мы посчитали: в среднем раз в 5 лет. Мы шли по нашей, а я задумывалась: « Неуж-то не рекомендуется было избрать места лучше?» « Таких мест, чтобы один лес, нет. Здесь кругом болота. Они тяжело и медлительно пропархали фактически рядом с нами. «Тетерки»- обусловил брат. Одна из их села на ель в 2-ух шагах от нас. Я ее рассмотрела: смотрится забавно. Малая голова, узкая длинноватая шейка и непропорционально огромное тело. Попасть в нее из ружья, наверняка, и я б смогла. Брат нерасторопно воткнул в ружье патрон, прицелился…., осечка! Патрон набрался влаги. В это время зазвонил мой телефон, а птица как посиживала на ветке, так и осталась посиживать. Собаки ее с 2-ух сторон облаивали, а она, как глухая, посиживала бездвижно. Только звук выстрела принудил ее взлететь. Я не знаю, почему брат не попал в цель. Я не раз лицезрела, с какого расстояния он «снимал» дичь: в большинстве случаев я даже не могла разглядеть ее посреди ветвей, пока она камнем не падала на землю впоследствии выстрела. Я задумывалась, что мы придем к избушке вечерком. Поэтому и ночуют там, чтобы по мгле не ворачиваться домой. Но мы оказались там еще ранее. В 15 часов было еще светло. Брат опять разжег костер, затопил в избушке печь, накормил собак, я расставила пищу на столе. И мы сели примерно костра обедать. Поначалу появились собаки, означает, брат уже рядом. Он возвратился еще резвее, чем планировал. Мы опять попили чай у костра, затушили его, собрали вещи и направились по тропе в сторону у себя дома. Я вижу вершины деревьев: лес располагается в низине. Черные ели вперемешку с желтоватыми свечками- березами, с такими же желтоватыми осинами и пихтой вызывают благоговейный трепет: благословенна природа и ее создатель! Я длительно смотрела с высочайшего пригорка на эту панораму, пока мгла не скрыла ее. Костер освещал меня, брата, свернувшихся в клубок 2-ух собак… и на много больше в мире ничего не было. В этом черном пространстве были только мы и покой. Это момент перезагрузки: все мысли растворяются, как в мгле исчезают очертания окружающих предметов. И чем темнее в последствии становится вечер, тем посильнее ощущаю единение с местом. Как не достаточно нужно для счастья: отсутствие внутреннего диалога и проживание каждого вдоха. Примерно костра было тепло. Я посиживала в комфортном авто кресле, которое привезли сюда по снежному насту весной. Брат посиживал на широком пне, у его ног лежали его ассистенты, собаки Гром и Шеф.Мы молчком пили чай кружку за кружкой….и следили за огнем в костре. Это просто поэзия! Можно без конца глядеть на огонь- это не просто прекрасная фраза. На него вправду можно глядеть нескончаемо длительно. Это самая непостоянная субстанция: изменяется раз в секунду. Дым то черный, то прозрачный, угольки то ярко- красноватые, то желтоватые. А пламя огня? Это калейдоскоп вариантов: сильное, слабенькое, высочайшее, низкое, и различных цветов. Кажется, что они соревнуются меж собой: какой уголек разгорится посильнее, какое пламя взметнется выше, какой дым будет заметнее….. Когда дрова «трещат», тыщи искорок делают мини- фейерверк….. и все это на фоне черной ночи. Тепло разморило и меня, и брата. И когда дует ветер, она смотрится подвижной, как песочные барханы под порывом ветра. Встречаются места и полностью ровненькие, без единой кочки. Там клюква, как на блюдечке подана. Чтоб не заснуть у костра, брат предоставил перейти в избушку. Там горела керосиновая лампа, стальная печь согрела и избушку, и постели. В голове мелькнуло: лечь в 18 часов? Во сколько же я проснусь? Но последнюю идея я не додумала, заснула одномоментно. А пробудилась в 7 утра. Брат уже натопил печь, сходил за водой, поставил чайник и собирался пройтись по петлям, которые тут рядом. «Вернусь через 1,5 часа». Я знала, что он пройдет всего только частичка малой тропы. Тропа начинается у избушки, также петляет по болотам и лесу, тянется на 10 км и выходит на дорогу, где мы оставили машину. Приятно пробуждаться в тепле. Ни- ка- ких! Я просто не дышала либо мне показалось, что я не дышала. Я не желала завлекать внимание медведя. А позже я сообразила, что это всего только высочайший высохший пень на болоте, так схожий на медведя. Перед этим брат показал мне место, где когда- то издавна медведь попал в петлю, и другое, где совершенно не так давно медведь утащил лося, попавшего в петлю. Не торопясь, смакуя пищу, попивая чай, я услаждалась этим моментом. Тишь, удивительной красоты и покой. Костер пылает на краю обрыва и, кажется, весь мир у моих ног. По дороге мы, как так обычно, инспектировали петли и хлопушки, очищали землю от листвы малеханькими садовыми граблями, чинили, если в том была необходимость. Помогая брату, я уже сама знала, где и что мне нужно держать, когда отпускать. Я даже ощущала, есть ли «слабинка» у конструкции, т.е сумел ли брат вернуть то хрупкое равновесие, которое приведет ловушку в действие. С последней хлопушки, которая поближе всего к дому, кто- то унес дичь. И этот «кто- то»- человек. Медведь бы разбросал бревна, чтоб достать птицу. Лиса, волк, куница разрыли бы землю под птицей, чтоб вынуть ее из- под бревен. Но кто- то просто приподнял бревна, взял улов, отпустил бревна. Можно пошевелить мозгами, что это выходки ветра. Так бывает. Но несколько перьев на земле указывали на то, что тут был глухарь. Кто- то не удержался от алчности. Так тоже бывает. Ходить по тропе, содержать в порядке ловушки, избушку- это не развлечение, а труд. Не все обожают прилагать усилия: легче взять чужое. Но брат оставался размеренным: это не 1-ый и, вероятнее всего, не последний раз. Мы вышли на дорогу, машина где- то рядом. Я поблагодарила Хранителя места за щедрость и защиту. Я попрощалась с ним как с верным другом до последующей озари. Мы обязательно встретимся. Я буду вспоминать эти день, эту природу, и удовлетворенность от похода всю зимнюю пору.